«Мы станем самой влиятельной фирмой в истории». Пэт Браун — о перспективах замены мяса
Беседовал: Ричард Фелони (Business Insider)
Перевод: Георгий Макаренко
Фото: Bloomberg
Основатель Impossible Foods Пэт Браун рассказал Business Insider о буме в индустрии мясозаменителей, о том, почему бороться с животноводством законами и агитацией нет смысла, и как отказ от пастбищ спасет планету
С какой бы стороны ни посмотреть, дела у Impossible Foods идут неплохо. Компания недавно привлекла $300 млн инвестиций, что ставит общую оценку бизнеса на уровень около $2 млрд. Она продает свой бургер Impossible Burger из растительного сырья в 7 тыс. ресторанов по всему миру. Скоро эти бургеры появятся во всех точках Burger King в США.

Но прибыль ради прибыли — это не то, что мотивирует основателя и директора компании Пэта Брауна. Химик и эколог, он основал свой бизнес в 2011 году, и когда он говорит, что Impossible Foods призван изменить питание людей по всему миру, ты ему веришь.

В интервью Business Insider Браун рассказал о взрывном росте своего бизнеса и о том, почему работа Impossible Foods неразрывно связана с экологической миссией.
— Есть такое чувство, что в медиасфере мы сейчас наблюдаем ажиотаж вокруг «альтернативы мясу». Об этом говорят инвесторы, покупатели, поднимается хайп вокруг Impossible Foods и самой вашей концепции в целом. Не беспокоит ли вас, что эта тема стала уж слишком модной?
— Трудно сказать однозначно. Мне определенно нравится интерес и внимание к поиску каких-то альтернатив нашей зависимости от животных — как со стороны потребителей, так и со стороны бизнеса. Это неплохо. Меня также прельщает, что все больше компаний хотят работать над решением этой проблемы. Понимаете, подключается больше умов, ищутся креативные решения. Это все здорово.

Проблема, которую мы пытаемся решить, довольно велика. Как бы мы ни измеряли, животноводческая пищевая промышленность огромна: по прогнозам, через десять лет она превысит по стоимости $3 трлн. Очевидно, с нашей стороны бессмысленно будет сказать: «Ну нет, всем этим мы будем заниматься сами».

Но я бы добавил еще: если в дело погружается человек, который действительно компетентно и серьезно этим занимается, это почти всегда здорово. Но проблема в том, что далеко не все в этой сфере имеют нужные компетенции и даже благие намерения. Есть проекты, которые я бы назвал бутафорией, потемкинскими деревнями. Ну и, будем честны, некоторые продукты сами просто ужасны. А самое главное препятствие, с которым мы сталкиваемся, когда новый клиент пробует нашу еду, это глубоко укоренившееся мнение о том, что «ничто сделанное из растений не даст мне того, чего я хочу и жду от мяса». И каждый раз, когда очередной чертовски плохой растительный продукт, сделанный на замену мяса, укрепляет эти предрассудки, мы откатываемся назад.

Вот почему у меня смешанные чувства на этот счет. Хотя в целом мне кажется, что такой рост интереса и внимания — это в конечном итоге очень круто.
— А есть ли доказанная корреляция между ростом потребления таких продуктов и снижением потребления мяса?
— Ну, говорить, что это доказано, было бы слишком сильно. Мы собираем данные о покупателях, из которых следует, что более 90% из тех, кто за последний год купил наш бургер, за месяц до этого ел мясо.

Отсюда не следует, что если бы эти люди не купили наш продукт, они бы обязательно заказали его говяжью версию. Но отдельно у нас есть результаты других опросов потребителей, и они показывают, что зачастую так и есть.

В общем, у нас есть неплохой набор данных, говорящих о том, что по меньшей мере заметная часть наших продаж поступает именно за счет, в ущерб продажам продуктов животного происхождения.
Фото: Impossible Foods
— Почему лично вам так важно, чтобы люди ели меньше мяса?
— Шутите? Влияние на природу животноводческой пищевой промышленности намного больше воздействия любой другой отрасли. Сейчас мы находимся на глубокой стадии величайшей экологической катастрофы в истории Земли, и основной ее драйвер — как раз эта сфера экономики.

И это не какое-то мое чудачество: почти все ученые-экологи, которые изучали этот момент в глобальном масштабе, пришли к выводу, что наиболее деструктивной для природы отраслью на планете является именно основанное на животных продуктах производство пищи. Оно несет основную ответственность за чудовищную природную катастрофу, которую мы сами на себя навлекаем. А подпитывает его рост спроса на подобную продукцию.

Чем я мотивирован? Да тем, что это самая большая и насущная проблема, с которой сейчас столкнулась планета и человечество. Возможно, самая насущная, не требующая отлагательств проблема в истории.

Виновник известен. Но не будем же мы решать проблему путем объявления войны этой промышленности или заставляя людей менять рацион. Единственный способ – делать продукты, которые не хуже справляются с тем, чего потребители ожидают от мяса и прочей пищи животного происхождения.

То есть мы не просим людей притормозить немного, дескать, мы спасаем планету. Идите в магазин, в ресторан, заказывайте то, что, как вам кажется, удовлетворит вас лучше всего, учитывая то, как каждый человек понимает удовольствие. А наша задача в Impossible Foods — понять, как сделать продукт, который превзойдет его животный аналог именно в восприятии потребителя.

Если у нас получится все это успешно коммерциализировать и распространить по всему миру, это единственный способ предотвратить экологическую катастрофу. Тут не сработают ни постановления, ни указы, ни увещевания, ни просвещение. Изменение климата и разрушение биоразнообразия планеты происходят так быстро, что справиться с этим может лишь свободный рынок. Это наиболее бунтарский, подрывной институт, который я знаю.
— Насколько, по-вашему, будет велико воздействие Impossible Foods на борьбу с изменением климата? Какие цели вы ставите?
— Мы станем самой влиятельной компанией в истории человечества. Без вариантов. Конечная.
Фото: DR
— Да ладно?
— Вот, например, по разным оценкам, 45–50% всей суши активно используется для животноводства. Разрушение биоразнообразия планеты во многом и подстегивается спросом на мясомолочную продукцию. Наша миссия — к 2035 году заменить животных другой пищевой технологией. Попутно мы освободим почти половину суши, которая сейчас используется для выращивания корма, выпаса скота и так далее.

Если взять все города, все дороги, инфраструктуру, все асфальтированные участки земли, это лишь небольшой процент суши. А животноводство занимает ее половину. Если эту часть земли освободить, восстановить там здоровую экосистему, можно не только избежать экологической катастрофы, но и повернуть вспять изменение климата: углекислый газ из атмосферы будет выводиться быстрее.

Когда мы говорим о технологиях снижения уровня CO2, они обычно очень дороги, сложны, запутанны, их непросто масштабировать. А нужно просто дать растениям спокойно расти. Это самая зрелая, надежная и продвинутая система выведения углекислого газа из атмосферы, которая только есть, и для нее нужна лишь земля.
Читайте также
Читайте также