Партнер проекта
Светлана Миронюк — о необходимости инвестирования в самообразование
Непрерывное обучение от рождения до смерти и карьера длиною в 50–60 лет в разных профессиональных областях — новая реальность для среднестатистического офисного работника XXI века?
Фото: Юлия Спиридонова для РБК

Светлана Миронюк — руководитель службы маркетинга и развития бизнеса PwC. Профессор практики Московской школы управления «Сколково». Руководила маркетингом и коммуникациями в Сбербанке. Более десяти лет возглавляла «РИА Новости». Получила MBA в Школе бизнеса Чикагского университета.

Идеи о том, что образование должно быть длиною в жизнь и «вся жизнь — это обучение, поэтому у образования не может быть конечных точек», появились в работе Эдуарда Линдемана «Значение образования для взрослых», опубликованной в США в 1926 году. Но реальностью эти идеи становятся почти 100 лет спустя в жизни нашего поколения. Суть lifelong learning хорошо передает известная цитата футуролога Элвина Тоффлера о том, что безграмотностью в 21-м веке будет считаться не неумение читать и писать, а неумение учиться и переучиваться. Как и множество других идей в истории человечества, идея непрерывного образования прошла через стадии рождения, непринятия и хайпа вокруг нее. Сегодня непрерывное образование перестает быть дорогой игрушкой для элиты, превращается в осознанную повседневность современного человека и в часть рабочего процесса компаний.

Профессиональная жизнь раньше была устроена по одноколейному сценарию: «одна жизнь — одно образование — одна профессия — одна работа». Человек учился, долго и поэтапно шел по выбранному пути, достигал профессиональных и карьерных высот, а потом скатывался с этой лестницы на пенсию, в российских реалиях — на дачу, в огород. Теперь в этом многолетнем сценарии появились интересные развилки, наполняющие жизнь новым содержанием. Жизнь стала в среднем гораздо длиннее, и карьера стала длиннее вместе с ней. Каждые 10 лет продолжительность жизни увеличивается на 1–2 года. Статистические прогнозы говорят, что, к примеру, японцы, родившиеся в 2007 году, должны дожить до 2107 года. На свет уже появилось поколение со средним ожидаемым сроком жизни в 100 лет, а, значит, период его активной экономической деятельности превысит привычные предыдущим поколениям 35–40 лет. Вероятно, нынешние 40-летние проработают до своих 70, а нынешние 20-летние проработают до своих 80 лет. Привычные последовательные этапы жизни — учеба, работа, пенсия — исчезают. Кто может адекватно планировать карьеру на 60 лет вперед?

Карьера человека длиной в 50–60 лет вряд ли может строиться на одном и том же стартовом образовательном багаже и проходить в одной и той же профессиональной колее. Развилки, возможные изменения профессионального сценария, конечно, привязаны к разным этапам карьерной и возрастной зрелости, к личным обстоятельствам. Но повороты на этих развилках невозможны без нового и нового образования.

Жизнь стала в среднем гораздо длиннее, и карьера стала длиннее вместе с ней. Вероятно, нынешние 40-летние проработают до своих 70, а нынешние 20-летние проработают до своих 80 лет. Привычные последовательные этапы жизни — учеба, работа, пенсия — исчезают. Кто может адекватно планировать карьеру на 60 лет вперед?

Пока непрерывное образование все еще воспринимается как надстройка — дополнительное обучение в тех случаях, когда не хватает основного. Но в новой экономике образование принципиально понимается как незавершаемое, и именно оно становится основным двигателем карьеры и предпосылкой возможности множественных профессиональных сценариев в течение всей жизни. Это определяет главное изменение сегодняшнего времени — запрос на индивидуализацию образовательных траекторий. Набор необходимых конкретно вам компетенций выбирает уже не образовательный институт, а каждый для себя самостоятельно. Меняется и роль преподавателя — он уже не просто транслятор знаний, а исследователь, консультант, ментор, руководитель проектов. Сегодня среди популярных и востребованных преподавателей люди из самых разных сфер деятельности — науки, бизнеса, госуправления, СМИ. Эта профессия тоже становится высококонкурентной.

Как научиться учиться, чтобы не оказаться безграмотным в терминологии Тоффлера?

Взрослые люди учатся не так, как дети, они не учатся через монопроцесс, когда в классе есть доминирующий авторитет — учитель — и внимающая ему аудитория, а поток знаний следует только в одном направлении — от учителя к ученику. Да и дети сейчас уже учатся понимать мир по-другому, через творчество и любопытство.

Взрослые лучше учатся через так называемые проектно-проблемные подходы. В процессе обучения проблемы рассматриваются и обсуждаются исходя из новых знаний и предыдущего опыта, который ни в коем случае не нужно отбрасывать, он — хорошая основа для дальнейшего развития.

Известно, что в США люди в возрасте 55 лет гораздо чаще успешно начинают свой бизнес, чем те, кому нет 35-ти. Хотя в нашем представлении стартаперы и предприниматели — в основном молодые люди, энергичные, еще «не стрелянные» и более свободные, без семейных и поколенческих обязательств. Так вот, это миф. Подчеркну: люди заканчивают одну карьеру в 50+, начинают свой бизнес в другой области и становятся успешными предпринимателями. Это как раз и есть смена одного профессионального сценария на другой.

Соответствуют ли университеты и бизнес-школы запросам на новое и непрерывное образование?

Образовательные институты оказались не готовы к таким социальным и экономическим сдвигам. Не готовы к новым требованиям со стороны людей, государств, корпораций — запросам на непрерывное и при этом индивидуализированное развитие, запросам на гибкую достройку и постоянный апгрейд необходимых компетенций наемного менеджера или чиновника. Само образование как индустрия переживает сейчас болезненный процесс цифровой трансформации, из которого выйдет сильно измененным. Похоже, выживут в этой ломке только адаптивные образовательные модели. Что мы наблюдаем: финансовая успешность традиционных образовательных учреждений становится неустойчивой, а, с другой стороны, растет конкуренция, образовательный рынок открывается для новичков, которые никогда раньше не занимались образованием, они выходят с новыми решениями и добиваются успеха.

Набор необходимых конкретно вам компетенций выбирает уже не образовательный институт, а каждый для себя самостоятельно

Иногда кажется, что все или учатся, или учат, или делают и то, и другое одновременно. Если классическое образование не изменится, оно погибнет, его затопчут неофиты. Если оно найдет в себе силы, инструменты, ресурсы быстро меняться вместе с меняющимся запросом студентов, особенно взрослых студентов, то оно имеет шанс на выживание.

В изменениях, которые сейчас переживает сфера образования для взрослых, на мой взгляд, самое главное слово — гибкость. Все слышали про agile в разработке софта и про agile в выстраивании бизнес-процессов. Образовательные институты сталкиваются с похожими вызовами: они должны научиться подстраивать свои программы и под индивидуальные треки каждого человека, и под глобальные изменения на рынках труда одновременно. Гибкое глобально-локальное образование.

Кто сегодня основной потребитель новых образовательных подходов?

По опыту МШУ «Сколково» самый активный запрос на получение новых компетенций сегодня идет, во-первых, от крупных корпораций, а во-вторых, от самих сотрудников, которые хотят развиваться и реализовываться дальше и масштабнее в рамках своей текущей карьеры, либо придумать для себя новые карьерные пути. Многие проактивно сами приходят за новыми компетенциями, получают новые подходы, видение, знания и инструменты, чтобы соответствовать новому цифровому времени.

Если говорить об образовательных программах Сколково, то сюда приходят не за готовыми знаниями, а за умением выстраивать проектную работу, научиться выявлять и разрешать комплексные проблемы, умением договариваться и убеждать, получать обратную связь, развивать способность к рефлексии. В школе не обучают, а создают условия, в которых слушатели обучаются сами, а преподаватели организуют их образовательную деятельность.

Вообще, результатом нового образования сегодня является не объем усвоенного и запомненного материала, а развитие когнитивных способностей: умение анализировать, работать с информацией, критическое мышление, решение проблем, творчество, инновации.

Современное образование — не вопрос диплома на стене в кабинете: «корочки» больше не добавляют востребованности ни в корпорации, ни в отрасли. Навыки, умение развивать себя непрерывно и новый более широкий круг общения — именно эти составляющие вместе служат мультипликатором возврата личных инвестиций в собственное образование. Инвестиции в саморазвитие — необходимость, а не эксклюзив, который одни могут себе позволить, а другие — нет. Современное образование — это еще и включение в новые профессиональные круги, наработка новых контактов, нового социального капитала — отличного от того, которым человек обладал, когда долго варился в одной и той же профессиональной или отраслевой нише. Чем шире и разнообразнее социальный капитал и круг контактов, тем больше новых возможностей для развития открывается перед человеком. Непрерывное образование, общение в самых разных профессиональных группах дает возможность человеку на любом карьерном или возрастном этапе расширить свои горизонты, придумать и реализовать новый трек, зачастую найти себя.