Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Экс-полковник Захарченко сравнил себя с героем сериала «Игра престолов» Общество, 23:12 FT узнала о решении Saudi Aramco отложить IPO из-за атаки дронов Бизнес, 23:09 В Дамаске отреагировали на соглашение Турции и США об операции Анкары Политика, 23:04 Степан Михалков: чем заняться зимой и куда поехать на машине РБК и Dunlop, 22:47 Умерла кубинская балерина Алисия Алонсо Общество, 22:40 Путин пообещал бесплатное второе высшее по «смыслообразующим» профессиям Общество, 22:37 Фигурант «дела 27 июля» Губайдулин объяснил свой отъезд из России Общество, 22:32 Члены СПЧ одобрили проект письма Путину против отставки Федотова Политика, 22:23 МВД ответило на сообщения о вторжении мужчины в маске «Джокера» в школу Общество, 22:04 Суд смягчил приговор экс-полковнику МВД Захарченко Общество, 22:01 Анкара назвала условие полного прекращения операции в Сирии Политика, 21:59 Баскетболисты ЦСКА победили «Химки» в Евролиге Спорт, 21:57 Трамп сообщил о «прекрасных новостях» из Турции Политика, 21:52 НХЛ дисквалифицировала российского хоккеиста на 20 матчей за допинг Спорт, 21:44
С.-Петербург ,  
0 
«Как гонка вооружений»: бизнесмены назвали способы защиты от силовиков
Александр Иванов (Waves Platform), Олег Жеребцов (Solopharm) и Вадим Волков (Европейский университет в Петербурге) (Фото: Антон Кузнецов/Интерпресс)

На церемонии презентации лонглиста Премии РБК Петербург 2019 состоялось обсуждение в формате public talk основных рисков, на которые приходится отвечать номинантам на премию (и российским предпринимателям в целом) в этом году.

Из всего спектра угроз спикеры дискуссии максимальное внимание уделили давлению со стороны государства. По их мнению, есть две главные для любой компании группы рисков — претензии со стороны силовых структур и драматическое расширение госкорпораций на ключевом для фирмы рынке.

Технологические риски тоже существенны, отметили спикеры, поскольку технология нередко помогает конкурентам совершить быструю экспансию в смежные отрасли и, по сути, их захватить. Но в технологической сфере находятся и главные способы защиты от угроз, заключили они. Участники public talk описали характер силового давления на бизнес и рассказали, что можно ему противопоставить на уровне отдельной фирмы и в масштабах всего российского бизнес-сообщества.


Вадим Волков, ректор Европейского университета в Петербурге, научный руководитель Института проблем правоприменения:

«При высокой экономической нагрузке на бизнес мы видим и продолжающееся давление со стороны правоохранительных органов — в результате, ухудшение делового климата, неготовность инвестировать, делать новые проекты. При этом формы силового воздействия на предпринимателей изменились по сравнению с 1990-ми.

В 1990-е годы силовое предпринимательство было представлено в своем чистом виде — бывшими уголовниками, спортсменами, уволенными милиционерами. Все эти люди предлагали нужные предпринимателю услуги: возврат долгов, урегулирование споров, физическую и юридическую защиту. То есть тот комплекс услуг, который не могло предоставить государство. Рынок все же нуждался в регулировании, и силовое предпринимательство развивалось, пока его услуги были востребованы.

«В 90-е силовое предпринимательство предлагало тот комплекс услуг, который не могло предоставить государство»

Позже силовое предпринимательство стало принимать другие формы — им стали заниматься сотрудники правоохранительных органов, те подразделения, которые сейчас называются отделами по борьбе с экономической преступностью. Плохо отрегулированное, но уже сильное государство вытеснило тех, кого называют бандитами, потому что предприниматели научились договариваться друг с другом сами. Кроме того, укрепилась арбитражная система, и споры вышли из теневой сферы в легальную.

Сейчас, когда экономическое положение многих компаний стало нестабильным, и предприниматели массово сталкиваются с ситуациями невозврата кредитов, невыполнения контрактных обязательств, они снова «заказывают» друг друга — правда, обращаются для решения споров уже в правоохранительные органы. Крупный бизнес использует контакты в полиции на уровне первых лиц, средний бизнес — на региональном уровне и так далее.

Как это изменить? Периодически бизнес-сообщество высказывается о том, что нужно гуманизировать законодательство для бизнесменов, создать некий отдельный предпринимательский правовой режим. В частности, была пролоббирована и принята поправка о том, что для человека, задержанного из-за преступления в предпринимательской сфере, недопустимо предварительное заключение под стражу, поскольку такое заключение являлось главным рычагом давления на бизнес.

Однако впоследствии силовые структуры стали по-новому использовать статью 210 УК, преследующую за организацию преступного сообщества. Она вменяется на стадии расследования вместе со статьей 159 «мошенничество» и позволяет отправить обвиняемого под арест, несмотря на то, что предполагаемое «мошенничество» было в экономической сфере. Любая фирма обладает признаками организации, и ее руководство попросту переназывают организованным преступным сообществом. По проанализированной нами статистике, почти в 70% случаев в итоге суды снимали квалификацию по 210й статье, когда она шла вместе со статьей 159, но дело уже было сделано, человек уже отсидел под арестом до суда.

«Сейчас, когда экономическое положение стало нестабильным, предприниматели снова стали «заказывать» друг друга, но обращаются для решения споров к правоохранителям»

По факту получается, что создание узкоклассового предпринимательского режима ни к чему не ведет: правоохранительные органы всегда найдут ответ; найдут такое правоприменение, которое сведет на нет все ранее принятые поправки в поддержку бизнеса. На мой взгляд, продуктивен другой путь: если бизнесмены хотят защититься, они должны отождествить себя с интересами общества и работать на то, чтобы гуманизировать все уголовное законодательство или изменить всю правоприменительную практику, а не только ее часть. И, конечно, чтобы снизить давление силовиков, бизнесменам стоит принять в своей среде этическое правило — перестать заказывать контрагентов правоохранительным органам. Снизится спрос — снизится и предложение».


Олег Жеребцов, основатель и генеральный директор фармкомпании Solopharm, основатель торговой сети «Лента»:

«Бизнесмены, начинавшие деятельность в 1990-е годы, не могли себе представить, что государство получит такое колоссальное влияние на рынок.

На мой взгляд, в России никогда не происходило буржуазной трансформации — ни в конце ХIX века, ни вначале XX века. Можно вспомнить только мартовскую революцию 1917 года, когда предпринималась попытка закрепить буржуазные ценности. Но в конечном счете, в России никогда не создавалась и не существовала система муниципальных выборов, никогда не было доминирования частного капитала на рынке. Другими словами, предприниматели в России так и не стали героями; мы не представляем из себя значимую силу в обществе.

«Предприниматели в России так и не стали героями; мы не представляем из себя значимую силу в обществе»

Если взглянуть вперед, то я думаю, что Россию ожидает буржуазная перестройка по польской модели времен Леха Валенса — модели гораздо более существенных рыночных и демократических реформ, чем произошли примерно в то же время в нашей стране. Грядет новая договоренность элит, которая откроет возможность построить общество по-новому. Я думаю, что изменения могут произойти примерно через пять, максимум через семь лет. Нынешняя структура общества, с его монополизацией, с избыточностью государства во всем, от культуры до медицины, очень нестабильна. Она даст большие трещины под давлением растущего числа независимых людей — малых предпринимателей, самозанятых. Не все они видны официальной статистике, но я вижу, что их все больше и больше.

«Россию ожидает буржуазная перестройка по польской модели...Грядет новая договоренность элит, которая откроет возможность построить общество по-новому»

Что касается защиты от государства, то думаю, что большинство компаний уповает на корпоративную практику, на безукоризненное ведение налоговых дел, на избыточную даже выплату налогов вперед. Большинство компаний, которые устремлены в будущее, действуют в законном поле.

Есть ли средство против захвата компаний, в том числе, по инициативе людей в погонах? Я думаю, что постоянное развитие и технологические инновации — лучшая защита. Представьте, что будет, если в какой-нибудь инновационной IT-компании заменить весь топ-менеджмент! Такой захват ничего не даст новым владельцам — они не смогут понять, как устроен механизм извлечения прибыли, и тем более не смогут его воспроизвести. Это большая перемена в сравнении с ситуацией 1990-х годов: тогда можно было забрать у прежнего собственника какие-то старые государственные заводы, это имело смысл. Но сейчас возможность отнять производственный актив сама по себе ничего не дает, в результате из рук в руки переходит просто груда железа, генерирующая постоянный убыток. И в этом смысле силовики ограничены.

«Постоянное развитие и технологические инновации — лучшая защита»

Поэтому мой рецепт защиты для предпринимателей — уходить в инновационные ниши, туда, где вклад креативных людей в бизнес-результат очень высок».


Александр Иванов, основатель открытой блокчейн-платформы Waves Platform:

«Все тектонические сдвиги, которые сейчас происходят в мире, технологически обусловлены. Мнение о том, что в России многое изменится к лучшему в течение пяти-семи лет из-за новых трендов в обществе, слишком оптимистично — мы недооцениваем российское государство в плане стабильности. Но изменения в России возможны после серьезных сдвигов в мире, прямо или косвенно вызванных технологиями.

Сами по себе современные технологии не хороши и не плохи, это инструменты, которые можно использовать очень по-разному. Мы видим, что государство — не только в России, но повсеместно — стремится использовать технологии для давления на общество. Многие читали о том, что происходит в Китае, где вы обязаны поставить специальное приложение в мобильный телефон, чтобы власти могли мониторить ваш трафик. Думаю, скоро в Москве и в Петербурге будет тяжело скрыться от камер, следящих за нами.

Но и бизнес, и общество наращивают свои технологические возможности. Это похоже на гонку вооружений: за каждым новым витком технологического развития государства следуют аналогичные шаги со стороны частного сектора. Весь бизнес, построенный на IT, глобален — для него нет государственных границ, он легко проникает на любую географическую территорию. В этом уже колоссальная победа рынка. Другой пример — блокчейн: это не только основа для выпуска криптовалют, но и платформа для прозрачной совместной деятельности. Уже сегодня в России частные игроки, например, логистического рынка создают на блокчейн-платформе альянсы, способные конкурировать с монополиями. Также блокчейн дает возможность вести прозрачные государственные реестры, тем самым снижая уровень коррупции в органах власти.

«Это похоже на гонку вооружений: за каждым новым витком технологического развития государства следуют аналогичные шаги со стороны частного сектора»

Благодаря технологической «гонке», поддерживается хрупкое равновесие — государство стремится распространить свое влияние, свой контроль, на все сферы жизни, но одновременно возникают противовесы и формируются целые «параллельные миры», живущие независимо».


Мнения спикеров могут не совпадать с позицией редакции.

Задайте вопрос Максиму Орешкину
Министр ответит на самые популярные из них в онлайне на РБК