Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Узбекистан уточнил число погибших при пожаре в Томске граждан республики Общество, 09:00 Европейское агентство присвоило России рейтинг выше S&P и Moody’s Экономика, 09:00 Поистине жестокий руководитель: портрет медиамагната Руперта Мердока Pro, 08:58 В Сбербанке напомнили об опасности пересылки фотографий банковских карт Финансы, 08:57 Карен Хачанов вышел во второй круг Australian Open Спорт, 08:56 Осужденный за взятку экс-мэр Владивостока сообщил о своем переводе в СИЗО Общество, 08:45 Небензя заявил об интересе ООН к новым фактам о химатаке в Сирии Политика, 08:29 Глава ПФР сообщил о сокращении числа пенсионеров после реформы Общество, 08:23 Международная федерация не включила чемпионат России в топ-20 лиг мира Спорт, 08:14 Как французский бизнесмен придумывает новые пошлины — Bloomberg Pro, 08:02 Бизнес попросил смягчить проект о повышении тюремных сроков за картели Экономика, 08:00 Что случилось за ночь. Главные новости РБК Общество, 07:55 Шарапова впервые за десять лет проиграла в первом матче Australian Open Спорт, 07:36 При пожаре в Томской области погибли иностранцы Общество, 07:27
Общество ,  
0 

ЕСПЧ не признал политическим второе дело Ходорковского

Страсбург не присудил Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву компенсацию за преследование по второму делу ЮКОСа. Суд не признал дело политически мотивированным, но согласился с тем, что наказание они понесли незаконно
Михаил Ходорковский (Фото: Dylan Martinez / Reuters)

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) не стал взыскивать с России компенсацию для бывшего совладельца нефтяной компании ЮКОС Михаила Ходорковского и экс-президента банка МЕНАТЕП, акционера ЮКОСа Платона Лебедева за преследование в рамках второго дела ЮКОСа. Решение опубликовано на сайте ЕСПЧ.

В решении Страсбург не признал процесс над бизнесменами политически мотивированным. Суд не согласился, что Россия нарушила в их отношении ст. 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, где речь идет о том, что ограничения прав и свобод гражданина «не должны применяться для иных целей, нежели те, для которых они были предусмотрены», — так, содержание под стражей не должно служить политическим целям.

Суд пятью голосами против двух признал, что заявители пострадали от нарушения права на справедливое наказание, и единогласно признал, что содержание в читинском СИЗО во время следствия нарушило их право на общение с родными.

При этом с доводами о нарушении прав Ходорковского и Лебедева на справедливое судебное разбирательство ЕСПЧ согласился лишь выборочно. Так, Страсбург счел необоснованным отказ российского суда в допросе ряда свидетелей защиты на втором процессе ЮКОСа, но доводы заявителей о нарушении принципов независимости и беспристрастности российского суда ЕСПЧ не принял. «Хотя многие процессуальные решения, принятые судьей [Виктором] Данилкиным, действительно были неблагоприятными для обвиняемых, судья мог принять их, не будучи предвзятым», — постановил Страсбург.

Отказ в денежной выплате суд обосновал тем, что «установление нарушения само по себе является достаточно справедливой компенсацией морального вреда, причиненного заявителям».

В своей жалобе заявители настаивали, что Россия нарушила в отношении Ходорковского и Лебедева принцип презумпции невиновности: так, еще до приговора премьер-министр Владимир Путин в нескольких своих выступлениях (как публичных, так и закрытых) представлял их как «мошенников» и намекал на причастность Ходорковского к заказным убийствам, говоря, что у него «кровь на руках».

Рассмотрение объединенной жалобы Ходорковского и Лебедева, которая для каждого из них стала третьей по счету, заняло у ЕСПЧ более 12 лет.

«Европейский суд полностью подтвердил нашу позицию, о которой мы говорили с момента появления обвинения, что Ходорковский и Лебедев обвинены в деяниях, которые по российскому законодательству преступлениями не являются», — сказал РБК адвокат Ходорковского Вадим Клювгант. Он указал также на вывод суда «о системном и очень грубом нарушении права заявителей на справедливое судебное разбирательство, которое выразилось в дискриминации стороны защиты».

При этом решение содержит «ряд выводов, которые не так однозначны и ясно мотивированы, а в некоторых местах есть противоречия», считает адвокат. Это в том числе относится к позиции суда по поводу нарушения статьи 18. «Как можно признать, что люди осуждены к длительным срокам в отсутствие преступного деяния и в условиях такой дискриминации, и одновременно не признать ненадлежащие мотивы такого преследования, мне это понять трудно», — сказал Клювгант. Тем не менее, пока адвокаты Ходорковского не могут сказать, будут ли они обжаловать решение в Большой палате ЕСПЧ, добавил он.

«Шестью последовательными решениями ЕСПЧ теперь уже по всем частям процесса признано: то, что делала российская власть в отношении меня и моих коллег, не было «справедливым судом», — заявил сам Ходорковский в своем Facebook.

Политический мотив

Ранее ЕСПЧ дважды отказывался признавать преследование Ходорковского политическим. Решение по первой жалобе бизнесмена (где речь шла об условиях содержания в СИЗО и длительности следствия и суда) Страсбург вынес в 2011 году. «Хотя дело Ходорковского может вызывать некоторые подозрения относительно реальных намерений российских властей при его преследовании, заявление о политической мотивированности уголовного преследования требует неопровержимых доказательств, которые не были представлены», — говорилось тогда в решении. Спустя два года Страсбург вновь не согласился с утверждениями Ходорковского и Лебедева о политическом мотиве их преследования по первому уголовному делу.

Состояние Ходорковского по итогам 2003 года Forbes оценивал в $15 млрд — это был богатейший бизнесмен России. До своего ареста в 2003 году Ходорковский и Лебедев «были очень богатыми и политически влиятельными бизнесменами», — говорится в их третьей жалобе в ЕСПЧ. Оба предпринимателя «также были активными политическими лоббистами»: так, Ходорковский открыто финансировал оппозиционные политические партии, политиками становились его друзья и бизнес-партнеры.

Заявитель считал, что «его политическая и деловая деятельность была воспринята руководством страны как проявление нелояльности и угроза национальной экономической безопасности», и в качестве ответной меры власти начали «массированную атаку на него лично, его компанию, коллег и друзей», сказано в документах ЕСПЧ. Ходорковский и Лебедев ссылались в том числе на допросы бывшего премьер-министра Михаила Касьянова и других правительственных чиновников, которые называли их преследование показательным и направленным на то, чтобы «удалить их с политической сцены, национализировать их компании и помешать другим олигархам участвовать в политической жизни».

ЕСПЧ и политические дела

В 2018 году Большая палата ЕСПЧ (апелляционная инстанция Страсбургского суда) признала нарушение ст. 18 Конвенции по жалобе оппозиционера Алексея Навального на решение по делу о семи его задержаниях на акциях протеста. Это был первый за 14 лет случай, когда Страсбург признал факт политической дискриминации в отношении заявителя со стороны России. Предыдущий раз это произошло в 2004 году, такое решение было вынесено по жалобе Владимира Гусинского.

ЕСПЧ также находил политическую составляющую в преследовании Юлии Тимошенко и Юрия Луценко властями Украины и в уголовном деле против азербайджанского правозащитника Ильгара Мамедова. При этом Страсбург не увидел нарушения ст. 18 в депортации грузин из России в 2006 году.

В 2019 году ЕСПЧ снова признал нарушение ст. 18 в отношении Навального в связи с его домашним арестом по делу «Ив Роше».

Первые дела ЮКОСа

Лебедев был задержан в июле 2003 года по обвинению, связанному с приватизацией в 1994 году горно-обогатительного комбината «Апатит»; спустя три месяца по тому же делу был задержан Ходорковский. Генпрокуратура считала, что бизнесмены совершили хищение у государства 20% акций комбината на сумму $280 млн. Обвинение впоследствии расширилось, и в итоге предпринимателям вменили мошенничество, растрату, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, уклонение от уплаты налогов и неисполнение решения суда. Ходорковский и Лебедев получили по девять лет колонии (в дальнейшем Мосгорсуд снизил наказание до восьми). Суд также взыскал с них порядка 17 млрд руб. в счет российского бюджета.

Вместе с Ходорковским и Лебедевым был осужден бывший гендиректор АОЗТ «Волна» Андрей Крайнов. В тот же период шли процессы над их коллегами и партнерами — руководителями дочерних компаний и подразделений ЮКОСа Владимиром Малаховским, Владимиром Переверзиным и Антонио Вальдес-Гарсией, над юристами Светланой Бахминой и Василием Алексаняном.

Глава службы безопасности ЮКОСа Алексей Пичугин был осужден пожизненно по обвинению в заказных убийствах; такой же приговор заочно получил бывший вице-президент ЮКОСа Леонид Невзлин, который уехал из России летом 2003 года.

Второе дело ЮКОСа

В 2006 году Ходорковскому и Лебедеву было предъявлено новое обвинение в растрате и легализации средств. Схема была связана с присвоением 350 млн т нефти, которую ЮКОС якобы в результате сговора скупал у добывающих компаний по заниженной цене на аукционах, где для него обеспечивали отсутствие конкурентов. Затем сырье перепродавалось через цепочки подконтрольных фирм в регионах и офшорных зонах, чтобы минимизировать налоги. Генпрокуратура считала, что с 1998 по 2003 год бизнесмены похитили нефть на 1,3 трлн руб. и получили чистой прибыли от ее продажи почти на 400 млрд.

Платон Лебедев (Фото: Илья Питалев / РИА Новости)

Ходорковский и Лебедев в суде категорически отрицали вину. Они указывали в том числе, что объем якобы украденной нефти на 350 млн руб. расходится с данными автоматической системы регистрации сырья в трубопроводах, которая не фиксировала никакого существенного «исчезновения» нефти — разницы между объемами добычи и поставок. Кроме того, следствие не установило, на каких этапах и каким путем похищалась нефть, указывали подсудимые.

Все добывающие компании, у которых ЮКОС скупал нефть, были прибыльными и не несли ущерба от продажи сырья якобы по заниженной цене, полагали заявители, ссылаясь на решения арбитражных судов, подтверждающие это. А схемы «трансферного ценообразования», которые были нужны ЮКОСу для минимизации налогов и которые Ходорковскому и Лебедеву вменили как преступные, были в действительности легальными и очень распространенными, настаивали обвиняемые. Кроме того, за отдельные схемы ухода от налогов они уже были осуждены в рамках первого процесса ЮКОСа, и их вменили бизнесменам фактически повторно, утверждала защита.

Законность операций, о которых шла речь в уголовном деле, подтверждали аудиторы PwC, однако затем компания отозвала свои отчеты, ссылаясь на угрозы и давление со стороны властей, утверждали бизнесмены.

От ЮКОСа до гей-парадов: десять самых неприятных для России решений ЕСПЧ
Фотогалерея 

Суд отказался заслушивать несколько свидетелей защиты, а также изучать многие документы, подтверждающие их невиновность, указывали Ходорковский и Лебедев в своей жалобе в ЕСПЧ.

Среди свидетелей, на вызове которых настаивали обвиняемые, были президент Владимир Путин, глава «Роснефти» Игорь Сечин, министр финансов Алексей Кудрин, руководители силовых ведомств Николай Патрушев, Сергей Степашин, Анатолий Куликов, Владимир Рушайло, Юрий Скуратов и Владимир Устинов. Кроме того, обвиняемые ходатайствовали о допросе в суде руководителей налоговых органов и губернаторов регионов, где работал ЮКОС.

По итогам сложения приговоров в 2010 году Ходорковский и Лебедев получили по 14 лет колонии; этот срок затем был снижен до десяти лет и десяти месяцев.

Позиция России

В рамках процесса ЕСПЧ задал правительству России 48 вопросов об обстоятельствах второго суда над Ходорковским и Лебедевым. Россию на процессе представлял замминистра юстиции и уполномоченный России при ЕСПЧ Михаил Гальперин. Он указывал, что приговор бизнесменам был вынесен в соответствии с законом, что затем подтвердили вышестоящие судебные инстанции. Заявители указывали, что приговор, который выносил судья Хамовнического суда Виктор Данилкин, в действительности мог быть написан не им, но никаких доказательств этому они не привели, подчеркнул представитель российского правительства.

Гальперин также отрицал, что Ходорковскому и Лебедеву не хватало возможности пообщаться с защитниками в конфиденциальной обстановке и что они были ограничены в праве представлять суду свои доказательства. Все ходатайства обвиняемых на процессе были рассмотрены должным образом, утверждал представитель России.

Россия также отрицала нарушение принципа презумпции невиновности в отношении бизнесменов, связанное с выступлениями премьер-министра: «Поскольку заявителям никогда не предъявлялись обвинения в убийстве, заявления Путина не могли повлиять на их уголовное преследование по делу о растрате и отмывании денег». Кроме того, «СМИ широко освещали уголовное дело в отношении заявителей, и некоторые комментарии государственных чиновников были практически неизбежны», указал Гальперин, добавив, что нет оснований полагать, что «какое-либо из этих заявлений повлияло на суд».

Рекордные компенсации

В 2014 году Страсбург присудил акционерам ЮКОСа рекордную сумму компенсации за неверно взысканные штрафы по итогам налоговых проверок в 2000–2001 годах — €1,87 млрд. Это самая большая сумма в истории суда, и на нее приходится 95,6% от общего количества средств, взысканных с России за 20 лет действия юрисдикции ЕСПЧ. В январе 2017 года Конституционный суд России вынес беспрецедентное решение, сочтя невозможным исполнение воли Страсбурга. «Деятельность компании ЮКОС как злостного неплательщика налогов с учетом занимаемого ею места в экономике страны имела праворазрушающий эффект», — отметил тогда КС.

Ранее Гаагский арбитраж присудил троим бывшим акционерам ЮКОСа еще более значительную сумму — свыше $50 млрд, однако в 2016 году Россия успешно оспорила это решение. Окончательное решение по этой тяжбе вынесет в феврале 2020 года Апелляционный суд Гааги.