Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В Белом доме заявили о работе над организацией встречи Трампа и Лаврова Политика, 03:38 «Коммерсантъ» узнал о жесткой позиции России перед встречей в Париже Политика, 03:31 В правительстве предложили защитить пенсии от взыскания долгов Общество, 03:18 Один человек погиб при ракетном обстреле в сирийской провинции Хама Общество, 03:16 Число погибших при стрельбе в центре Мехико возросло до пяти Общество, 02:49 Пять человек пострадали в ДТП с автобусом в Петербурге Общество, 02:19 Эксперт назвал реальную стоимость выставленной на Avito за ₽1 млрд монеты Общество, 02:05 Британцы заподозрили Россию в причастности к утечке важных документов Общество, 01:51 В Москве на МКАД остановили горящий автомобиль Общество, 01:47 СМИ узнали о запросе убежища в ФРГ от подозреваемого в убийстве в Берлине Общество, 01:33 Эксперты назвали регионы с наибольшим распространением вредных привычек Общество, 01:28 Российские военные пообещали накрыть Арктику противовоздушным куполом Общество, 01:01 Премьер-министр Украины сообщил о плане по реинтеграции Донбасса Политика, 00:53 СК возбудил уголовное дело после гибели двух подростков в Москве Общество, 00:14
Украинский кризис ,  
0 
Украинский военный рассказал суду о захвате «бойцов ГРУ»
В Киеве продолжается суд над россиянами Ерофеевым и Александровым. Обвинение предъявило вещдоки, допрошен первый свидетель. Защита готова к обвинительному приговору, но допускает, что в будущем они будут обменяны
Граждане РФ Евгений Ерофеев и Александр Александров (слева направо) во время рассмотрения дела по существу в Голосеевском суде в Киеве (Фото: Сергей Резник/ТАСС)

В Киеве в четверг продолжилось рассмотрение дела против россиян Евгения Ерофеева и Александра Александрова, обвиняемых по шести статьям, в том числе в ведении «агрессивной войны». На заседании суд закончил рассмотрение шестого тома материалов обвинения, после чего прокуроры начали представлять свои вещественные доказательства и провели допрос одного свидетеля. Допрос свидетеля, по ходатайству обвинения, велся без камер.

Телефон и «винторез»

Среди вещественных доказательств, представленных стороной обвинения — телефон Sony Experia, изъятый, по их словам, у Александрова, и несколько предметов одежды. Куртка, кепка и другие предметы, по словам прокурора Климовича, были на обвиняемых в день их захвата (16 мая в Луганской области).

Прокуроры также представили суду «винторез», принадлежащий, по их словам, Ерофееву. «Ваша честь, я эту винтовку первый раз вижу!» — отрицал принадлежность винтовки Ерофеев (цитата по изданию «Медиазона»).

Допрошенный в ходе заседания свидетель обвинения Евгений Залогин сообщил, что, когда он и его сослуживцы по 92-й бригаде украинских войск захватили Ерофеева, при нем был «винторез». Залогин рассказал о бое, произошедшем 16 мая, в ходе которого был убит украинский военнослужащий Вадим Пугачев. Залогин также сообщил, что Ерофеева и Александрова они схватили на «оккупированной территории Украины».

«Экспертиза не установила, когда именно погиб человек и от чего, характер ранений не соответствует тому оружию, которое, по версии обвинения, находилось у Ерофеева и Александрова», — говорила ранее РБК Оксана Соколовская, адвокат Евгения Ерофеева.

«По версии стороны обвинения, они вступили в боестолкновения с регулярными войсками украинской армии, в результате которого погиб один из военнослужащих. Но мы не обнаружили ни одного доказательства, что он погиб в результате именно их действий, что была нанесена смертельная рана, то есть выстрел в Пугачева. Нельзя назвать терактом выстрел из нарезного орудия, стреляющего одиночными», — негодует Юрий Грабовский, адвокат Александрова.

​Обвинения по шести статьям

Украинская сторона утверждает, что россияне во время событий являлись действующими российскими военными, что доказывает факт «военной агрессии» России против Украины. Российское Минобороны это отрицает и в своих комментариях указывает, что к моменту инцидента оба были уже уволены со службы.

Рассмотрение дела по существу началось 10 ноября. Всего Ерофееву и Александрову предъявлены обвинения по шести статьям: ведение агрессивной войны или агрессивных военных действий (ч.2 ст.28 и ч.2 ст.437 Уголовного кодекса Украины), контрабанда оружия и боеприпасов (ч.2 ст.201), нарушение порядка въезда на «временно оккупированную территорию Украины» (ч.2 ст.332-1), создание террористической группы или участие в ней (ч.2 ст.28 и ч.1 ст.258-3), а также ч.3 ст.258 (террористический акт, совершенный по предварительному сговору группой лиц и повлекший за собой гибель человека). Оба своей вины на первом заседании не признали.

«Ни одно обвинение не подтверждено доказательствами: начиная с места задержания, заканчивая перемещением оружия. Все строится на показаниях, полученных незаконным путем», — категорична в разговоре с РБК Оксана Соколовская.

«Нероссийские военные»

Защита оспаривает то, что Ерофеев и Александров являлись российскими военными во время совершения инкриминируемых им преступлений. «Мной были собраны доказательства, которые подтверждают, что они были уволены со службы в Вооруженных силах РФ в связи со штатными мероприятиями, проведенными в части города Тольятти», — говорит Соколовская. Ерофеев, согласно собранным адвокатом данным, был уволен 10 марта 2015 года, Александров — 12 декабря 2014 года. Тем, что оба служили в части, объясняет адвокат то, что оба могут назвать вышестоящих командиров.

На момент захвата украинскими военными оба находились на службе в Луганской народной милиции. В Луганскую область они приехали самостоятельно и добровольно, говорит она.

Александров был зачислен на службу в Луганскую народную милицию 12 января в звании сержанта, через месяц после увольнения. Ерофеев был назначен командиром второй разведывательной группы второй разведывательной роты военной части Л55/055 народной милиции с присвоением звания капитана 17 февраля этого года. Он поступил на службу в Луганскую народную милицию до своего увольнения из вооруженных сил, находясь в отпуске, объясняет Соколовская разницу в датах.

«Это прямо противоречит закону: для военнослужащих, проходящих службу по контракту, установлено ограничение на занятие какой-либо оплачиваемой деятельностью, кроме службы, то есть никакой предпринимательской деятельности, никаких должностей, исключение составляют только научная или творческая деятельность, ни в какой Луганской милиции он работать не может, и это могло бы рассматриваться как нарушение», — объяснил РБК Владимир Тригнин из Военной коллегии адвокатов.

Недопустимые ролики

К материалам процесса обвинение просит приобщить видеоролики, в которых Ерофеев и Александров сообщают, что являлись действующими российскими военнослужащими, сообщают имена своих командиров и данные части в городе Тольятти, выражают сожаление в том, что участвовали в конфликте, и недоумение, что рассказанное по российскому телевидению не соответствует увиденному ими на Украине. Эти ролики после задержания Ерофеева и Александрова были опубликованы в интернете.

Ерофеев и Александров на заседаниях сообщали, что говорили они под давлением, а до записи к ним применяли пытки. Александров говорил о том, что был опрошен сразу после операции и находился еще под воздействием медикаментов. Защита россиян демонстрацию каждого ролика пыталась оспорить. Они против приобщения материалов к делу по формальным основаниям: что касается части записей из интернета — не установлено, где, когда и кем они сделаны, опрос проведен без присутствия адвоката и консула, за кадром слышны голоса неустановленных лиц, говорящих с угрожающими интонациями.

Судья пока решил, что допустимость представленных материалов будет оценена им, когда он удалится в совещательную комнату, в самом конце процесса.

Или война, или терроризм

Защита оспаривает и другие обвинения. Обвинение в ведении агрессивной войны Соколовская называет недопустимым: единственным международным актом, которым может признаваться или не признаваться агрессивная война, является решение Совета Безопасности ООН, которого не было.

«Это два несовместимых действия: либо идет война, тогда используются допустимые во время военного времени действия, либо у нас мирная жизнь и произошел теракт. Выстрел в военнослужащего в военное время — это нормальная практика, выстрел в мирное время — это умышленное убийство. Поэтому важна оценка ситуации, в которой действия были произведены», — говорит Грабовский. Он напоминает, что на государственном уровне Украина не находится в состоянии войны с Россией, а проводит «антитеррористическую операцию», при этом заключения о том, что ДНР или ЛНР являются террористическими организациями, Украина «нам не предоставила», говорит Грабовский.

В сентябре этого года главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос сообщал, что другого россиянина, Владимира Старкова, признали виновным «прежде всего за участие в ведении агрессивной войны против Украины». Его приговорили к 14 годам заключения. На этой неделе президент Украины Петр Порошенко его помиловал, и Старков был обменян на освобожденного из плена украинского военного Андрея Гречанова.

Грабовский допускает, что и эти россияне будут признаны виновными, но получат не максимальный срок и в итоге будут обменяны.

Обвинения по другим статьям также не доказаны, считают адвокаты. Перемещение оружия надо было устанавливать на месте, но как можно нарушить то, чего нет: границу между Россией и Украиной Киев не контролирует, говорит Грабовский.

Свидетель и потерпевший, боец той же бригады Андрей Ольхович-Новосадюк, заявил РБК, что не сомневается в виновности россиян: «Они виновны в том, что Пугачева они застрелили. Я был там, лично перевязывал Ерофеева». Президент Украины Петр Порошенко наградил бойцов бригады, схватившей россиян. А разведчик-снайпер Андрей Ольхович-Новосадюк получил орден «За мужество» III степени.