Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Еще один ведущий госканала в Белоруссии уволился на фоне протестов Общество, 00:10 Россия на фоне коронакризиса снова стала чистым должником Экономика, 00:00 При попытке попасть в посольство Йемена в Москве задержали шесть человек Политика, 12 авг, 23:44 Журналист Znak.com рассказал детали своего избиения в Минске Общество, 12 авг, 23:29 Лауреат Нобелевской премии предложила Лукашенко «уйти пока не поздно» Политика, 12 авг, 23:25 В Москве за сутки от COVID-19 умерли 11 человек Общество, 12 авг, 23:08 МИД Украины подтвердил задержание волонтеров и журналистов в Минске Политика, 12 авг, 23:03 Интерпол объявил хваставшегося связями с ГРУ топ-менеджера в розыск Общество, 12 авг, 23:02 Правозащитники сообщили о новых задержаниях журналистов в Минске Общество, 12 авг, 22:46 В Минске ОМОН открыл огонь по людям на балконах жилого дома Общество, 12 авг, 22:41 Протесты после президентских выборов в Белоруссии. Главное Политика, 12 авг, 22:35 СМИ узнали о невыплате медикам коронавирусных надбавок в Севастополе Общество, 12 авг, 22:31 Роспотребнадзор не нашел следов коронавируса в питьевой воде Москвы Общество, 12 авг, 22:22 В Белоруссии машина наехала на второго сотрудника милиции Общество, 12 авг, 22:21
Обвал рубля ,  
0 

ЦБ оценил готовность банков к нефти по $25 и доллару за 82 руб.

В 2015 году ЦБ протестировал, как будут чувствовать себя российские банки при стоимости нефти $25 и курсе 82 руб. за доллар
Фото: Олег Яковлев / РБК
Фото: Олег Яковлев / РБК

В годовом отчете о развитии банковского сектора регулятор сообщил, что в 2015 году Банк России проводил стресс-тест банковского сектора, сценарий которого предполагает снижение цен на нефть до $25 за баррель и падение национальной валюты до 82 руб. за доллар. При таком раскладе убыток банковского сектора составил бы 300 млрд руб., говорится в отчете ЦБ о развитии банковского сектора.

По словам главного аналитика Сбербанка Михаила Матовникова, банковская система способна абсорбировать такой убыток, но такой стресс, конечно, приведет к новому пику отзыва лицензий. При этом сопоставимый шок банковский сектор испытал в 2015 году, потому что без учета Сбербанка убыток банков составил 91 млрд руб., говорит Матовников. Однако реальный масштаб проблемы больше, потому что надо учитывать такие составляющие фиктивной прибыли, как дивиденды, выплаченные банками друг другу, и помощь акционеров. С учетом этих факторов Матовников оценивает убыток банковского  сектора в 2015 году без учета Сбербанка в 260 млрд руб.

Реальный финансовый результат банковской системы по итогам 2015 года был положительным – 192 млрд руб.

Стресс-тест предполагал формирование 100% резервов по пролонгированным кредитам и обесценение залогов по кредитам на 50%. Также ЦБ учитывал докапитализацию банков через АСВ, проведенную в 2015 году, и досоздание резервов по украинским активам некоторых крупных банков.

В случае реализации такого сценария большая часть потерь (71%) придется на доформирование резервов по плохим кредитам, доля которых вырастет на 8 п.п. — до 17,8% от портфеля. 63 банка, на которых приходится 19,2% активов, столкнутся с дефицитом капитала, еще 12 — с дефицитом ликвидности. Депозиты вырастут в номинальном выражении на 9,6%, а в реальном — на 6,3%. При этом показатели достаточности капитала в целом по банковскому сектору не упадут ниже значений, установленных регулятором.

«Вам не нужна нефть по $120»: западные экономисты о кризисе в России
Фотогалерея 
<p><em><strong>Тимоти Колтон, профессор Гарвардского университета, руководитель отделения государственного управления: </strong></em></p>

<p>&mdash; Если слушать [Алексея] Кудрина и&nbsp;[Германа] Грефа, то&nbsp;они скажут, что&nbsp;опасностей, с&nbsp;которыми сейчас столкнулась Россия, можно было избежать. Это не&nbsp;так. Сейчас на&nbsp;экономику России влияют факторы, на&nbsp;которые Москва не&nbsp;может повлиять. Коллапс нефтяных&nbsp;цен, например. В начале 2000-х годов рост ВВП был очень высоким. Нефть тогда торговалась в&nbsp;районе $20&ndash;30. <span style="line-height: 25.6px;"> Затем началась стагнаци</span><span style="line-height: 25.6px;">я, момент был упущен. Сейчас просто&nbsp;воспроизводится прежняя модель. </span><span style="line-height: 1.6;">Вам не&nbsp;нужна нефть по&nbsp;$120, чтобы&nbsp;получить рост экономики. Кризис будет стимулировать реформы. Правда, нынешнее правительство у власти уже много&nbsp;лет, и&nbsp;ранее их не&nbsp;проводили. </span></p>

<p>Правительство постоянно говорит о&nbsp;реформах, но&nbsp;каких-то реальных действий не&nbsp;предпринимает. Нескольких губернаторов посадили за&nbsp;коррупцию, но&nbsp;фундаментальных изменений с&nbsp;тех&nbsp;пор, как&nbsp;президент Владимир Путин пришел к&nbsp;власти 15 лет назад, не&nbsp;произошло. Правительство должно обеспечить больше безопасности и&nbsp;свобод, без&nbsp;этого перехода к&nbsp;информационной экономике не&nbsp;получится. Я понимаю, что&nbsp;это базовые вещи, но&nbsp;в&nbsp;итоге все сводится именно&nbsp;к&nbsp;ним</p>

Руководитель управления анализа финансового сектора НРА Карина Артемьева соглашается с тем, что главный риск банковского сектора — глобальное ухудшение качества заемщиков. И ухудшение макроэкономических условий — не единственный катализатор этих проблем, уточняет она.

То, что одна пятая банков столкнется при реализации сценария с проблемами с капиталом, говорит о том, что некоторым кредитным организациям вливания дополнительных средств необходимы уже сейчас, говорит Артемьева. У банков накоплено много скелетов в шкафу, накопленных еще в прошлый кризис, отмечает Артемьева, и банки их пытаются маскировать. «Уже сейчас некоторые банки нуждаются в дополнительном капитале, при этом собственник не всегда может внести деньги», — говорит она.

Что касается ликвидности, то массовое изъятие средств вкладчиками может быть спровоцировано резким падением курса, как это было в декабре 2014 года, говорит старший директор по финансовым организациям Fitch Александр Данилов. У некоторых банков также могут быть проблемы с донесением дополнительного залогового обеспечения по срочным сделкам с валютой или сделкам РЕПО, добавляет он.

Однако влияние курса национальной валюты на показатели капитализации банковского сектора — вещь в значительной степени бухгалтерская, считает Данилов. В случае проблем Банк России всегда может разрешить банкам использовать льготный курс, как это было сделано в декабре 2014 года. «Взрывного роста проблемных кредитов мы тоже, скорее всего, не увидим, так как банки будут еще активнее, чем сейчас, реструктурировать кредиты, с тем чтобы резервировать их по мере получения прибыли», — прогнозирует аналитик.

Магазин исследований: аналитика по теме "Валюта"