Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Ресторатор Арам Мнацаканов: «Время дилетантов в нашем бизнесе прошло» Pro, 09:53 Поселение на Луне — взгляд профессора Вестминстерского университета Футурология, 09:53 Летевший из Москвы во Владивосток самолет сел в Красноярске Общество, 09:51 Что вы знаете о запасных частях автомобиля. Тест РБК и Mercedes-Benz, 09:48 МИД Китая заявил о неизбежности конкуренции с США Политика, 09:47 В Ростовской области пять человек погибли в ДТП Общество, 09:18 Пандемия коронавируса. Самое актуальное на 18 апреля Общество, 09:15 Как иммунитет работает против вирусов РБК и Деринат, 09:00 Семь лет вооруженного конфликта на юго-востоке Украины. Видео Политика, 09:00 «Маленькая компания из нищей, убитой России»: Касперский — о начале пути Pro, 09:00 Pro Инвестиции: как заработать на дефиците полупроводников Pro, 08:46 Ник Бостром — РБК Pro: «Сверхразум машин изменит мир за считанные годы» Pro, 08:45 Исполнительный директор GameStop продал акции компании почти на $12 млн Бизнес, 08:37 WSJ узнала о разногласиях Байдена и командования по войскам в Афганистане Политика, 08:15
Экономика ,  
0 

Невозвратные кредиторские долги компаний-банкротов приблизились к ₽2 трлн

В докризисном 2019 году потери реального сектора в результате банкротств контрагентов достигли почти 2 трлн руб., оценили в НКР и Rescore. Высокая кредиторская задолженность компаний-банкротов создает риски для экономик регионов
Фото: Михаил Терещенко / ТАСС
Фото: Михаил Терещенко / ТАСС

Кредиторская задолженность компаний-банкротов (задолженность перед поставщиками, подрядчиками, персоналом и бюджетами) по итогам 2019 года составила 1,9 трлн руб., или 3,8%, от совокупной кредиторской задолженности в России. Это следует из расчетов рейтингового агентства «Национальные кредитные рейтинги» (НКР; входит в холдинг РБК), проведенных совместно с системой скоринга контрагентов Rescore на основании Единого реестра сведений о банкротстве и данных Росстата.

При банкротствах кредиторам возвращается, согласно проанализированным данным, не более 5% от сумм долга. Таким образом, речь идет о 1,8 трлн руб. невозвратных потерь реального сектора в докризисном 2019 году. «Это не потери финансового сектора, не финансовый долг, а именно потери реальной экономики. Это то, что потеряли предприятия реального сектора в результате банкротства контрагентов», — пояснил управляющий директор группы рейтингов органов власти НКР Андрей Пискунов. Банкротства предприятий с высокой кредиторской задолженностью имеют масштабный мультипликативный эффект на всю региональную экономику, замечает он, утягивая в банкротство эффектом домино здоровые компании, которые сотрудничали с обанкротившимся должником.

Подробнее о ситуации с компаниями-банкротами в российских регионах читайте в материале РБК Pro.

  • Абсолютным лидером по доле долгов банкротов в общей кредиторской задолженности региона стала Мордовия, где этот показатель достиг 44,7%, или 75 млрд руб. в абсолютном выражении.
  • Высокие доли кредиторской задолженности банкротов также отмечаются в Карачаево-Черкесии (26,2%, или 13 млрд руб.), Чувашии (22,3%, или 113 млрд руб.) и Хабаровском крае (20,0%, или 70 млрд руб.).
  • Самый значительный ущерб от банкротства одного предприятия понесли Мордовия, Чувашия и Хабаровский край — от 57 млрд до 100 млрд руб.

Полный рейтинг регионов по банкротствам

Методология расчетов

В качестве статистической базы исследования НКР было отобрано 12 тыс. компаний, в отношении которых в 2019 году была введена процедура банкротства. Для оценки объема кредиторской задолженности (речь идет о задолженности перед поставщиками, подрядчиками, персоналом, бюджетами, не о долгах перед банками) использовалась отчетность компаний за 2017–2018 годы. В качестве источника финансовой отчетности компаний-банкротов 2019 года, а также сведений о совокупной кредиторской задолженности компаний региона использовались данные Росстата.

Исходя из текущей практики, конкурсное производство может занимать от 12 до 18 месяцев. Таким образом, кредиторская задолженность попавших под конкурсное производство компаний за 2017–2018 годы может считаться в том или ином виде проблемной — просроченной или полностью невозвратной, считают авторы исследования.

Сам по себе процесс образования кредиторской задолженности — обычное явление для рыночной экономики, это норма, но, если кредиторская задолженность слишком высокая, это приводит к сокращению работающего населения («все встало, негде работать»), к многочисленным банкротствам, а значит, распродаже имущества по еще более низким ценам, чем обычно, замечает руководитель направления «банкротство» фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков.

Высокая кредиторская задолженность крупных компаний-банкротов, как правило, рождает кризис неплатежей далее по цепочкам контрагентов, неоплату региональных налогов и, что самое сложное для региона, ведет к задержкам или вообще неуплате заработной платы работникам попавших в тяжелое положение предприятий, добавляет он. Среди других негативных последствий, по его словам, возможная потеря рабочих мест и вынужденная трудовая миграция в другие регионы, которая в итоге может оказаться безвозвратной.

Оценка кредиторской задолженности компаний-банкротов за 2019 год — это «картинка в зеркале заднего вида», предупреждает Пискунов из НКР. После отмены антикризисного моратория на банкротства (его срок истек 7 января 2021 года) потери реального сектора из-за невозвратных долгов предприятий резко возрастут, предупреждает он, и их общая сумма существенно увеличится, создавая риски для региональных экономик. Уже сейчас по сравнению с прошлым годом наблюдается повышенная динамика в некоторых регионах, например по Центральному ФО — до 120% от прошлых периодов, добавляет Пермяков.

Минэкономразвития 28 января направило в правительство проект поправок, который призван кардинально изменить процедуру банкротства в России. Власти ранее заявляли о желании снизить долю контролируемых собственниками банкротств. Кроме того, их волнует невысокая доля предприятий, у которых есть шанс после начала банкротства восстановить платежеспособность бизнеса. В России это менее 2%, отмечало министерство. Для сравнения: в США показатель достигает 30%. «Вероятность спасти бизнес, если вы входите в процедуру банкротства в России, стремится к нулю», — констатировал год назад замминистра экономического развития Илья Торосов.