Представители ВТБ, Сбербанка, Альфа-банка, Газпромбанка и Худайнатова отказались от комментариев. Raiffeisenbank (его российская «дочка» входит в топ-15) не участвовал в рефинансировании, сказал РБК его представитель. Представители Россельхозбанка, МКБ, «ФК Открытие», Росбанка, ВБРР, Промсвязьбанка, Совкомбанка, «Пересвета» и АБ «Россия», а также Unicredit пока не ответили на запросы РБК.
Валютный долг и девальвация
В 2012 году Худайнатов покинул пост президента «Роснефти», около года поработал в компании при новом руководителе — Игоре Сечине, а в августе 2013 года уволился, чтобы создать частную Независимую нефтегазовую компанию (ННК). Ее бизнес, вероятно, строился на кредиты, говорил «Коммерсанту» знакомый бизнесмена.
В 2014 году Худайнатов купил у семьи Мусы Бажаева свой самый дорогой актив — нефтяную Alliance Oil. В апреле 2014 года компании объединили активы в совместное предприятие, а через полгода Худайнатов выкупил долю партнера. На эту покупку давал деньги ВТБ. Какая структура получила заем, неизвестно. Это акционерный долг, заемщик — один из офшоров бизнесмена, рассказал собеседник РБК, близкий к «Нефтегазхолдингу» (так стала называться ННК летом 2017 года). Согласно отчетности ВТБ, в апреле 2014 года банк выдал кредиты юрлицам-нерезидентам почти на $4 млрд.
Через три месяца после покупки Alliance Oil стоимость нефти упала почти вдвое, до $57 за баррель, а рубль подешевел в полтора раза, до 54,5 руб. за доллар. Больше 60% долга Alliance Oil было номинировано в долларах, стоимость обслуживания увеличилась на четверть, а компания получала лишь 37% выручки в валюте. В такой ситуации Alliance Oil с чистым долгом $1,9 млрд и долговой нагрузкой 2,8 EBITDA (по данным компании) с трудом обслуживала займы. Кроме денежного потока, других существенных финансовых источников для обслуживания кредита ВТБ у Худайнатова не было, говорил источник, близкий к «Нефтегазхолдингу».
В последние годы Худайнатов продавал активы и просил господдержку для проектов ННК. В 2015 году он запрашивал 78 млрд руб. из ФНБ на крупный Пайяхский проект на Таймыре. В 2017 году ННК продала четыре актива НОВАТЭКу и «Роснефти». В конце 2017 года ВТБ, по информации «Ведомостей», разрешил Худайнатову два года не платить проценты и основную часть кредита на сумму $4 млрд, но банк это опровергал. Глава ВТБ Андрей Костин неоднократно говорил, что ННК обслуживает кредит.
В 2017 году Худайнатов учредил новые компании: угольную «Коулстар», газовую «Саратовгаздобыча», а также «Югорскую нефть», но данных о финансовом положении первых двух в СПАРК нет, а последняя в 2017 году показала убыток. Чистая долговая нагрузка Alliance Oil по итогам девяти месяцев 2018 года, по данным компании, возросла до 4,2 EBITDA, а по оценкам аналитика ING Егора Федорова — больше: она увеличилась с 2,9 EBITDA по итогам 2014 года до 5,5 EBITDA. В январе 2019-го Худайнатов снова попросил государство поддержать Пайяху и пригласил в проект инвестора — британскую BP.
Новый старый кредит
$4 млрд — большой кредит даже для ВТБ, отметил бывший менеджер крупного банка. Если по нему была предоставлена отсрочка по выплате основной части долга и недавно она подошла к концу, ВТБ пришлось бы реструктурировать кредит и в этом случае доначислить резервы. «Реструктуризация кредита в пользу заемщика, как правило, ведет к ухудшению категории качества», — напомнил Рыбалкин из S&P.
В случае рефинансирования кредиторы могут снова предоставить отсрочку на выплату основной части долга и другие льготные условия, ведь формально для них это новый кредит, сказал бывший банкир.
Чтобы синдицировать кредит такого размера, банкам нужно уложиться в норматив Н6 — выдать одному заемщику не больше 25% собственного капитала, напомнил аналитик Raiffeisenbank Денис Порывай. Но есть практика, когда некоторые банки обходят требование Н6, выдавая кредит управляющей инвесткомпании в качестве сделки РЕПО, а она дает деньги заемщику, сказал он.
Долговая нагрузка в 4,2 EBITDA считается высокой, но некоторые компании живут с нагрузкой и в 7–8 EBITDA, отметил аналитик АКРА Василий Танурков. По оценке Федорова, за год EBITDA Alliance Oil снизилась на 23%, до $311 млн. «Короткий долг ($611 млн по итогам третьего квартала 2018 года) лишь на 25% покрывается денежными средствами на счетах ($163 млн). Обычно такой долг должен покрываться денежными средствами минимум на 100%», — объяснил аналитик. Но у компании не должно было возникнуть проблем с рефинансированием долга — положительный свободный денежный поток на 30 сентября 2018 года составил $200 млн.
Худайнатов сможет обслуживать новый кредит на $4 млрд, но выплата долга будет отложена на несколько лет, вероятнее всего, до запуска промышленной добычи на Пайяхских нефтяных месторождениях с запасами свыше 160 млн т нефти на Таймыре (резервы — около 500 млн т нефти), прогнозирует Танурков. Пайяха — сложный по геологии проект, и для его разработки компании, безусловно, понадобится господдержка, отметил собеседник в компании — партнере «Нефтегазхолдинга». Государство может помочь «Нефтегазхолдингу» построить инфраструктуру и предоставить льготы на первом этапе разработки месторождений — это нормальная практика, считает Танурков.
