Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Лента новостей 8:15 МСК
Россия направила в Таджикистан самолет с гуманитарной помощью Общество, 06:58 Во Франции объявили победителей кинопремии «Сезар» Общество, 05:55 Белый дом признал невозможным опровергнуть обвинения в связях с Россией Политика, 05:39 Опрос показал желание американцев расследовать «связи» Трампа с Россией Политика, 04:44 Россия получила шесть золотых медалей в первый день Всемирных военных игр Общество, 03:37 На Кубе при столкновении поездов пострадали 50 человек Общество, 02:53 ЕСПЧ потребовал от России объяснить причину удержания Дадина в колонии Политика, 01:49 Очередная утечка о планах Трампа коснулась Стражей исламской революции Политика, 01:49 На конференцию с участием Трампа пронесли флажки с российским триколором Политика, 00:59 Прокуратура Франции открыла официальное расследование «Пенелопагейта» Политика, 00:42 Савченко призвала Путина и Меркель помочь в освобождении военнопленных Политика, Вчера, 23:51 В Москве поезд насмерть сбил мужчину Общество, Вчера, 23:08 Журналистов CNN, NYT и Politico не пустили на брифинг в Белом доме Политика, Вчера, 23:05 Защита Дадина направила в ЕСПЧ жалобу на его удержание в колонии Общество, Вчера, 22:29 Савченко приехала в ДНР впервые после освобождения из России Политика, Вчера, 21:43 Россия пообещала наложить вето на антисирийские санкции в СБ ООН Политика, Вчера, 21:08 Ирак нанес авиаудары по ИГИЛ по полученным от Пентагона разведданным Политика, Вчера, 21:07 Жозе Моуринью назвал «Ростов» плохим жребием для «Манчестер Юнайтед» Спорт, Вчера, 21:00 В торговом центре в Уфе обрушилась часть крыши Общество, Вчера, 20:29 Верховный суд США ответит на апелляцию защиты Бута до конца марта Общество, Вчера, 20:03 Олимпийская чемпионка Ольга Корбут выставила свои медали на аукцион Общество, Вчера, 19:59 Трамп обвинил ФБР в неспособности остановить утечки секретной информации Политика, Вчера, 19:31 Глава Генштаба Турции заявил о достижении армией своих целей в Сирии Политика, Вчера, 19:22 В аэропорту Риги опровергли обвинения в требовании досмотреть посла ОАЭ Политика, Вчера, 18:49 Spiegel сообщил о слежке немецких спецслужб за иностранными журналистами Общество, Вчера, 18:24 Boeing в 2018 году откроет свой первый завод в Европе Бизнес, Вчера, 18:18 «Локомотив» вернул в состав лучшего бомбардира в истории клуба Спорт, Вчера, 18:11 NewYorker анонсировал обложку с Путиным в монокле Общество, Вчера, 17:23
10 фев 2016, 11:09
Сирийская эскалация: как переговоры о мире обернулись ужесточением войны
Василий Кузнецов, Руководитель Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН
Другие мнения автора
Мир своими силами: как страны Ближнего Востока учатся вести переговоры 22 фев, 15:44 Восточный пасьянс: кто воюет в Сирии и когда это закончится 2 окт 2015, 15:01 Еще 1 материал
Комплекс глобальных противоречий в Сирии накладывается на многочисленные ближневосточные противоборства, региональные державы пытаются использовать США и Россию. В результате мирные переговоры никому не нужны

Перенос переговоров

Открытие в Москве представительства сирийского Курдистана может означать новый поворот в сирийском конфликте. За последнее время таких знаковых событий было много: информация о готовящемся вводе американских войск в Ирак; обвинения в коррупции Владимира Путина со стороны Белого дома; масштабное наступление сирийских войск; объявление о готовящейся интервенции Саудовской Аравии и ОАЭ в Сирию, одобрение этой инициативы Вашингтоном и резкая реакция Дамаска.

Кажется, именно со всеми этими событиями — уже свершившимися, ожидавшимися или готовившимися — и была связана непримиримость делегаций, участвовавших в женевских мирных переговорах. И власть, и оппозиция получили основания надеяться на такое изменение статус-кво, которое позволило бы им вести переговоры с более выигрышных позиций.

Три уровня конфликта

Сирийский конфликт имеет три измерения — внутристрановое (между Асадом и оппозицией, между разными группами оппозиции); региональное (Иран против Саудовской Аравии, Турция против Ирана, все против джихадистов и т.д.) и глобальное (Россия против коллективного Запада).

Если рассматривать глобальный уровень противостояния, то для Москвы конфликт имеет значение при выстраивании отношений с Западом, с одной стороны, и для общего позиционирования России в мире — с другой. То, что Москва рассматривает операцию в Сирии как инструмент «принуждения к дружбе», — мысль известная. Однако это очень упрощенное толкование линии Кремля.

Как показал опыт начала 2000-х, сотрудничество на антитеррористической платформе способно быть эффективным в ситуации позитивного настроя обеих сторон. В случае с Сирией речь идет скорее не об общей битве против террористов (тем более что единого их списка как не было, так и нет), а о демонстрации способности Москвы решать серьезные задачи вдалеке от своих границ и о ее незаменимости на этом направлении.

Для США, с одной стороны, за последние годы Ближний Восток утратил свое первостепенное значение во внешней политике США — и из-за ее общей переориентации на Азиатско-Тихоокеанский регион, и из-за снижения зависимости страны от ближневосточной нефти. Вашингтон хотел бы уйти с Ближнего Востока, переложив ответственность за тяжелый регион на союзников. Однако этот уход не должен выглядеть как поражение или утрата влияния и тем более не должен создавать новые угрозы безопасности США (например, в виде джихадистской активности). Плюс к тому — у Вашингтона сохраняется историческая ответственность за Ирак.

Все это вроде бы создавало условия для продуктивного взаимодействия России и США. И на протяжении первых лет сирийского конфликта оно худо-бедно существовало (соглашение о химическом оружии было ярчайшим его проявлением). Однако затем по мере ухудшения российско-американских отношений стали нарастать трудности, а после начала российской операции в Сирии Москва получила в регионе возможности, не сопоставимые с американскими.

В результате на сегодняшний день взаимодействие Москвы и Вашингтона по Сирии развивается по двум линиям. С одной стороны, есть продуктивное сотрудничество по линии Лавров — Керри. В нем присутствует понимание асимметричности и непротиворечивости интересов двух стран, общности нависающих над ними угроз. Кроме того, внешнеполитическим ведомствам вообще свойственна нацеленность на диалог, а профессиональная составляющая в их взаимодействии очевидно превалирует над политической.

Другая линия более конфронтационна. Представляющие ее в Кремле и Белом доме группы влияния, кажется, рассматривают ситуацию в Сирии исключительно как производную от общей российско-американской повестки дня и акцентируют внимание на возможностях силовых решений. Жесткие внешнеполитические инициативы и заявления Вашингтона говорят об усилении именно этой линии.

Активизация вооруженных действий со стороны Дамаска при поддержке российских ВКС может рассматриваться как ответ на заявления американцев о вводе войск: Дамаск и Москва спешат установить контроль над ключевыми районами.

Региональное измерение

Все эти перипетии своеобразным образом транслируются и на региональный уровень конфликта, где Россия после начала операции ВКС также стала одним из игроков. Это создает проблемы: по мере вовлечения в сирийские дела Москве становится все труднее позиционировать себя как медиатора, к чему она всегда стремилась. Свидетельством этому стал кризис в отношениях с Турцией.

В результате сегодня в Сирии комплекс глобальных противоречий накладывается на многочисленные чисто ближневосточные противоборства, региональные державы пытаются использовать США и Россию в собственных интересах (как это всегда и было), сохраняя при этом известную независимость.

Формирование в Эр-Рияде единой оппозиции при подготовке к женевским переговорам и исключение из нее по настоянию Турции крупнейшей группы, представляющей интересы курдского населения, создало возможности для Москвы привлечь курдов на сторону Дамаска (несмотря на сохранение разногласий между курдами и правительством). Таким образом, активизация военных действий и открытие в Москве представительства сирийского Курдистана, которое укрепляет связку Дамаск — Москва — курды, демонстрирует продолжение конфронтационной линии Кремля в отношении Анкары. Это ответ одновременно и на региональный, и на глобальный вызовы.

Последовавшие за этим алармистские заявления Эр-Рияда и других ближневосточных столиц в поддержку оппозиции, обещания интервенции со стороны Турции, в свою очередь, стали ответом на действия Москвы и Дамаска.

Несмотря на то что некоторые из этих событий произошли уже после срыва переговоров, они так или иначе ожидались, и стороны конфликта оказались попросту не готовы к диалогу.

Роль субъективизма

Все эти события ярко выявляют чрезвычайно опасные тренды в современной мировой политике.

Важнейший из них — это рост субъективизма. Эскалация напряженности на глобальном и региональном уровнях, активизация боевых действий, угрозы введения войск и проч. оказываются вызваны изменением баланса сил в политической элите одной страны, сиюминутной победой «ястребов» над «голубями».

Эта тенденция характерна не только для США, но и для других игроков — как региональных, так и глобальных. Можно вспомнить о внутрисаудовском политическом противоборстве, и о российско-турецких отношениях, и о многом другом. Речь, конечно, не идет о возвращении мира в XIX, XVIII или еще какой-нибудь век, но о возрастании роли личностного фактора в чрезвычайных обстоятельствах, когда правила игры неопределенны, а международные институты практически парализованы.


Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.